Черский И.Д.

Иван Дементьевич Черский – известный исследователь Сибири, геолог, палеонтолог; был по происхождению литвин, родился 3-го мая 1845 года в зажиточной дворянской семье, в родовом имении «Сволна», Дриссенского уезда Виленской губернии.

В 1860 году, по окончании третьего класса Виленской гимназии, Черский был переведен в Виленский Дворянский Институт. Последний год пребывания Ивана Дементьевича в этом учебном заведении совпал со временем польского мятежа, и восемнадцатилетний юноша, схваченный среди повстанцев, был сослан в Сибирь и зачислен рядовым в 1-й Западно-Сибирский линейный батальон, стоявший в Омске. Военная служба тяжело отозвалась на Черском: отличаясь слабым и нежным телосложением, он не вынес тягостей этой службы, стал хилеть, хворать и, наконец, слег. По несчастью, окружающие Черского в это время относились к нему очень подозрительно и не доверяли его заявлениям о болезни. Болезнь была нервная, сопровождавшаяся внутренними страданиями и не бросавшаяся в глаза; поэтому Черскому пришлось пробыть на испытании в течение нескольких месяцев, полных мучительной тревоги и опасений за свою участь. Несмотря, однако, на всю эту неблагоприятную обстановку, в юноше не угасла жажда знаний, и, без сомнения, уже в омских казармах им были приобретены зачатки тех сведений, которые впоследствии поставили Ивана Дементьевича в ряду самых выдающихся исследователей Сибири. В этом он еще в Омске нашел себе поддержку в лице одного из своих земляков, В. И. Квятковского, снабжавшего его книгами, и Г. Н. Потанина. Последний в особенности имел громадное влияние на направление всей дальнейшей ученой деятельности Черский, указывая ему лучшие руководства по естественным наукам, в особенности по геологии; не имея возможности самому принять участия в экскурсиях с Иваном Дементьевичем, он руководил все-таки работами последнего во время его геологических исследований окрестностей Омска. Чтение, научные занятия, собирание коллекций, часть которых была еще в 1867 году отослана Московскому Обществу любителей естествознания, были единственным утешением и поддержкой для Черского. Наконец, в 1869 году он был уволен от военной службы, но прожил еще два года в Омске, перебиваясь уроками и посещая городскую больницу, где он занимался практической анатомией. В конце 1871 года Черский получил разрешение переселиться в Иркутск и почти со дня приезда стал работать при восточно-сибирском отделе Императорского русского географического общества. Здесь в лице двух товарищей по несчастью, Дыбовского и Чекановского, выдающихся естествоиспытателей, он нашел себе новую поддержку. Знакомство с ними, по его собственным словам, имело самое благоприятное влияние на его научные занятия. В Иркутске Черский повел жизнь настоящего труженика науки, и, несмотря на скудную материальную обстановку и на недостаток научных пособий, он, благодаря своему трудолюбию, энергии, завоевал себе почетное имя одного из лучших остеологов. С переездом в Иркутск начинается его литературная деятельность; к этому времени относится ряд его статей зоологического, палеонтологического и геологического содержания, материал для которых он черпал в начавшихся в то же время научных экскурсиях. Свою геологическую деятельность Черский начал исследованием окрестностей города Омска, произведенным в 1871 году; летом 1873 года он уже работал в Восточной Сибири, совершая трудное путешествие по Тункинским и Китайским Альпам. Собранные коллекции сгорели во время пожара Иркутска в 1879 года, но результаты исследования включены Черским в дополнения к известному изданию «Азии» Риттера. В 1874 году Черский исследовал Тункинскую котловину и окружающие горы, особенно Еловский отрог, и выяснил связь Саяна с Тункинскими Альпами, образуемую этим отрогом. В 1875 году Черский проехал из Иркутска по так называемому Московскому тракту до реки Бирюсы, с маршрутным исследованием пути, затем вернулся в Нижнеудинск и вверх по реке Уде к Нижнеудинским пещерам, где, при поддержке Академии Наук, произвел раскопки, давшие весьма интересный материал по третичной фауне млекопитающих.

В следующем 1876 году он исследовал долину реки Иркут от входа реки в ущелья, ниже Торской думы, до впадения в Ангару. В 1877 году Черский начал одну из своих важнейших работ – исследование береговой полосы озера Байкал, которое продолжалось пять лет. Результаты исследований, которые Черский, сберегая скромные средства отдела, вел, плавая на своей собственной лодке и гребя сам, помещались в ежегодных весьма подробных предварительных отчетах и в первой части полного отчета, составляющего 12 том «Записок» восточно-сибирского отдела Императорского русского географического общества и касающегося только всего юго-восточного берега озера; материалы же относительно северо-западного берега включены Черским в дополнения к «Азии» К. Риттера. Краткий свод всех этих исследований вошел в 15 том «Записок» Императорского русского географического общества, и кроме того, в 1880 году Черский составил весьма подробную карту береговой полосы озера в масштабе 10 футов в дюйме, изданную Минералогическим и Географическим обществами в 1886 году. В 1881 году Иван Дементьевич окончил исследование последней части юго-восточного берега Байкала, сделал экскурсию в Забайкалье, от устья Селенги до Кяхты, с боковыми экскурсиями по притокам Ceленги, Джиде, Чикою и Хилку. Летом 1882 года Черский отправился из Иркутска по Якутскому тракту до Горбовской, оттуда переехал на Нижнюю  Тунгуску, где в селе Преображенском провел более года, ведя метеорологические наблюдения и исследуя потретичные отложения в долине реки Нижней Тунгуски их фауну и остатки первобытного человека. Все эти поездки совершались по поручению и на средства восточно-сибирского отдела Императорского русского географического общества. С 1885 года Черский начал работать на средства Императорской Академии Наук; в этом году, проездом из Иркутска в Петербург, он исследовал местность вдоль Сибирского почтового тракта до восточного склона Урала и совершил боковые экскурсии к Падунскому порогу на реке Ангаре и к Минусинску. Изданное Императорской Академией Наук сочинение Черского «Геологическое исследование Сибирского почтового тракта» представляет единственный в своем роде труд, суммировавший много отрывочных фактов по геологии Сибири, и, без сомнения, надолго будет служить настольной книгой для лиц, интересующихся этой страной. Более пяти лет (1886-91) Черский провел в Петербурге, продолжая свои работы по изучению Восточной Сибири, обрабатывая уже в кабинете собранные им материалы. Переезд в Петербург, не говоря уже о лучшей обстановке, был для Черского необходим, так как положение в Иркутске становилось все более и более тягостным. К материальным невзгодам уже обзаведшегося к этому времени семьей Черского присоединились различные интриги и несправедливости со стороны некоторых иркутских дельцов. Черский, несмотря на свой замечательно кроткий характер, не избег людской зависти. Нравственные волнения, усиленные умственные занятия расшатали слабый организм Черского настолько, что в 1881 году он сильно заболел мозговой болезнью и должен был целый год провести в вынужденном бездействии, снискивая себе пропитание обязанностями приказчика в лавке у одного из своих земляков. С переездом в Петербург его материальная обстановка не много изменилась к лучшему, но изменившаяся атмосфера возродила Ивана Черского, и он с юношеской энергией принялся за работу. Ко времени его пребывания в Петербурге относится ряд самых капитальных исследований и печатных трудов. Здесь он издал вышеупомянутую карту и исследование Сибирского тракта. Работая усердно в музее Академии Наук, ученый в то же время успел закончить, по поручению Императорского Русского Географического Общества, обширный труд, составивший дополнительный том к «Землеведению Азии» Риттера. По поручению того же Общества он обработал материалы, собранные А. Л. Чекановским во время экспедиции на Нижнюю Тунгуску, и приготовил этот труд к печати. Затем, по поручению Академии Наук, принялся за исследование вымершей фауны млекопитающих Сибири. Исходным материалом для этой работы должны были послужить коллекции, собранные в 1885 и 1886 годах новосибирской экспедицией. Пользуясь не только академическими коллекциями, но и собраниями Геологического Комитета, Горного Института, Санкт-Петербургского и Московского университетов и других научных учреждений, а также собраниями частных лиц, И. Д. значительно расширил рамки своей работы и дал полную монографию всей известной до сих пор маммологической фауны Сибири. Этот труд привел Черского к таким интересным предположениям относительно геологической истории севера Сибири в новейшие периоды, что вызвал новую экспедицию на север Сибири, в Колымский край, снаряженную Академией Наук. Начальником этой экспедиции был назначен Иван Черский. Были все данные налицо для того, чтобы ждать блестящих результатов от этой экспедиции. Ожидания эти уже стали подтверждаться первыми донесениями Черского, написанными так живо и увлекательно и проникнутыми таким бодрым духом, что единственное опасение друзей Черского, знавших слабое здоровье путешественника, за неблагополучный исход работ среди всевозможных лишений, стало казаться неосновательным. К сожалению, этим опасениям суждено было оправдаться; Черский умер, не окончив предпринятой им экспедиции, на пути из Средне- в Нижне-Колымск, 25 июня 1892 года. Умер он, не переставая до самой последней минуты вести свои наблюдения и заметки. Предчувствуя свою близкую кончину, он сделал все необходимые распоряжения, которые дали бы возможность вверенной ему экспедиции, под начальством его жены М. П. Черской, сделать нечто законченное в научном отношении. Таким образом, он до конца оставался верен своему призванию.